Рождественские чулки, бедность и порок

Античность передала будущим векам толерантное отношение к женщинам с низкой социальной ответственностью. Наличие приданого служило гарантией замужества. У девушек из обедневших семей оставалось немного вариантов будущей жизни. Одним из способов обеспечить себя и семью и был переход в ранг «падших» женщин.

Фото: соцсети

Причём здесь легенда о рождественском чулке? Притом, что наибольшее распространение получила следующая версия… Говорят, что жила-была некая семья — отец и три дочери. Отец недавно овдовел, в дом пришла бедность. Дочери были красивы, но у них не было приданого, а потому никто не хотел брать их в жёны. Святой Николай, прослышавший о проблемах семьи, в рождественскую ночь пробрался через каминную трубу в дом и подбросил то ли золотых монет, то ли золотых шаров. Обстановка в комнатах была столь бедна, что Николай долго не мог найти, где оставить свои дары, а потому не придумал ничего, кроме как положить их в сушившиеся у камина чулки. Наутро девушки обнаружили ценные подарки, а ещё чуть позже каждая вышла замуж — приданого оказалось достаточно.

Милая сказка о приятном сюрпризе породила целое течение, и до тех пор, пока не возникла новая массовая традиция — класть подарки под ёлку, чулки продолжали оставаться неотъемлемым атрибутом Рождества.

Почему же Николай не положил моменты на каминную полку или на стол? Почему он оставил деньги в чулках? Не связано ли это с поныне существующей традицией засовывать купюры под манжеты чулок танцовщиц?

Согласно свидетельствам того времени, проститутки были повсюду. Венецианская перепись 1526 г. насчитывала 4900 проституток при общем числе населения в 55035 чел. Если учесть также сводников и сводниц, окажется, что примерно 10% жителей Венеции существовало за счет проституции. Оценки числа проституток в Париже середины XVIII в. варьировались от десяти до сорока тысяч, а это около 10-15% взрослого женского населения. Один немецкий путешественник подсчитал, что в Лондоне было 50 тыс. блудниц, не считая содержанок и куртизанок.

История женщин на Западе: в 5 т. Т. 3: Парадоксы эпохи Возрождения и Просвещения под общ. ред. Ж. Дюби и М. Перро; под ред. Н. Земон Дэвис и А. Фарж; науч. ред. перевода Н.Л.Пушкарева. — СПб.: Алетейя, 2008, с. 475-492

Если принимать во внимание нравы того времени, то обедневшим девушкам в ближайшем будущем оставалось лишь одно — переселиться в дом терпимости. Судя по тому, что в доме было пусто, их отец распродавал имущество.

В одном из своих «Разговоров гетер» Лукиан описывает афинскую семью, обедневшую в результате политического переворота и решившую пожертвовать дочерью — это был единственный выход из нищеты. Кибила, мать, убеждает здесь свою дочь Корипну такими словами: «Никак иначе нам не справиться, милая моя дочь. Когда был еще жив твой отец, лучший медник в Пирее, у нас было всего вдоволь. Но вот прошло два года, как он умер, и дела наши все хуже. Мне пришлось продать его мастерскую за 2 мины, тканьем и чесанием шерсти едва зарабатываю несколько мелких монет, по надолго ли этого хватит? Я отказывала себе во всем ради тебя, растила тебя в надежде, что когда-нибудь ты сможешь помочь нам, мне и себе самой… если ты станешь проводить время с молодыми мужчинами и они станут тебе за это платить.

Штейнер Е.С.»Ветка сливы» Иккю. Сад одного цветка: Сборник статей и эссе. М., 1991, с. 162-163

Конечно же, в красивой сказке не рассказывается, почему вдовец и его дочери обеднели, по какой причине утратили средства к существованию. Не рассказывается, почему три взрослые дочери сидели на шее у отца, и не пытались заработать на жизнь трудом. Возможно, они не были обучены ремеслу, так как привыкли к роскошной жизни? Как бы то ни было, но все три катились по наклонной дорожке, и если бы не Николай, то вскоре занимались бы тем, к чему располагала их приятная внешность.